— По крайней мере мы в безопасности. Шиану не убедили его слова.

— Меня очень тревожит неопределенность положения, мы не знаем, где мы, не знаем, кто преследует нас… — Голос ее дрогнул. Она помолчала, потом заговорила снова: — Я оставлю тебя сейчас. Нам надо собраться, чтобы обсудить положение.

Он насторожился.

— Что-то изменилось?

— Нет, Майлс. Думаю, что мы продолжим наши нескончаемые старые споры. — Она пожала плечами. — Кажется, старые сестры настаивают на следующем совещании.

Раздался тихий шелест накидки, и Шиана вышла из каюты архива, оставив Тега наедине с тишиной огромного невидимого корабля.

«Назад, на Ракис. Назад, к моей смерти… и к событиям, ей предшествовавшим». Тег перемотал записи, выбирая старые сообщения и кадры, и снова впился в них взглядом, отправившись в далекое путешествие по глубинам времени.

Теперь, когда его память окончательно пробудилась, он знал, что делал вплоть до самого момента гибели. Ему не нужны были записи и съемки для того, чтобы вспомнить, как старый башар Тег попал в столь затруднительное положение на Ракисе, в положение, созданное его же руками. Тогда он и его верные солдаты — ветераны многих знаменитых кампаний — похитили корабль-невидимку на Гамму, планете, ранее называвшейся Гьеди Первой — в родовом гнезде злодейского и давно истребленного Дома Харконненов.

Годами ранее Тегу была поручена охрана гхолы Дункана Айдахо — после того, как были убиты одиннадцать его предыдущих гхола. Старому башару удалось уберечь двенадцатого гхола и восстановить его память, после чего башар помог Айдахо бежать с Гамму. Когда одна из Досточтимых Матрон — Мурбелла — попыталась сексуально поработить Айдахо, вышло так, что он поработил ее — благодаря наследственной способности, сообщенной ему мастерами Тлейлаксу. Так Айдахо стал живым оружием, сконструированным специально для того, чтобы противостоять Досточтимым Матронам. Нет ничего удивительного, что взбешенные шлюхи воспылали страстным желанием найти и убить Дункана.